13.11.2018

Свободная Платформа

Истоки формирования статус-кво Арцаха и возможности его изменения

Что такое статус-кво в Нагорном Карабахе, и что означает его изменение?

За последние годы, особенно после апрельской войны 2016 года в Нагорном Карабахе, в международной дипломатии и внутриполитической жизни Армении проблема Арцаха (Нагорно-Карабахской Республики) все более сводится к тезису «о неприемлемости статус-кво и необходимости его изменения», а также, к утверждению о том, что «конфликт не имеет военного решения». Формально, концепция предлагаемого изменения представлена в виде предложений сопредседателей Минской группы ОБСЕ. Условием реализации этой концепции является требование сохранения условий трехсторонних (Армения, Нагорный Карабах, Азербайджан) договоров о режиме перемирия, заключенных в 1994-95 годах.

Участники переговоров (Республика Армения, Азербайджанская Республика) приняли это предложение сопредседателей Минской группы ОБСЕ в качестве основы для переговоров. При этом Азербайджан сохраняет за собой право на военное решение проблемы, а политико-правовой базой для решения конфликта признает четыре резолюции Совета Безопасности ООН от 1993 года. Тем не менее, Азербайджан не отказывается от переговоров, параллельно ведя политику утверждения за собой права на всю контролируемую Арцахом территорию. Сам Арцах конституционно закрепил право на данную территорию за собственным государством. Позиции Азербайджана и Арцаха ставят под сомнение страны-сопредседатели Минской группы ОБСЕ, а также Армения, де-юре признающая суверенитет и территориальную целостность Азербайджана и не признающая независимость Нагорно-Карабахской Республики. При этом Армения заявила о своем праве быть гарантом безопасности Арцаха, а также, о намерении признать независимость последнего в случае начала Азербайджаном полномасштабной войны против него.

Фактически, проблема разногласий по контролируемой Арцахом территории сводится к разногласиям по правам на эту территорию. В этом и состоит суть понятия статус-кво: территория находится под контролем Арцаха и патронажем Армении, а международно признанные права на эту территорию формально остаются за Азербайджаном. На деле, эти права Азербайджана подвергнуты сомнению – с 2007 года за народом Арцаха признано право на самоопределение при выполнении ряда условий. Соответственно, суть предложения сопредседателей Минской группы ОБСЕ сводится к достижению согласия конфликтующих сторон по предложенной схеме распределения прав.

В течение 23 лет достичь такого соглашения не удалось. Военная ситуация на линии соприкосновения войск проявила тенденцию к осложнению, а тема необходимости изменения статус-кво актуализировалась как в дипломатии урегулирования, так и внутри конфликтующих стран. Однако актуализировались и противоречия по части характера необходимых изменений. Темой международной дипломатии стали предложения по укреплению режима перемирия. В реальном выражении, эти предложения свелись к требованию по внедрению механизмов контроля на линии соприкосновения и расширению мандата личного помощника действующего председателя ОБСЕ. Азербайджан счел такие требования неприемлемыми для себя, поскольку в них усматривались дополнительные механизмы укрепления статус-кво. Такие противоречия привели к стагнации в переговорном процессе.

Сложившееся положение дел выводит на первый план осмысление основополагающих характеристик конфликтной ситуации, в частности, сути возникшего статус-кво. Представляется, что сохраняющаяся более двух десятилетий неизменность подходов к оценке политической сути статус-кво сама по себе становится фактором деструкций в новых международных условиях. Один лишь тот факт, что в международной дипломатии урегулирования факты нарушения режима перемирия никогда не получают адресной оценки, может быть примером деструктивности практикуемых подходов. Такому подходу должны быть веские причины – в отношениях к праву на применение силы есть значительная неопределенность. Соответственно, главным образом, стоит прояснить, каким образом сложилась ситуация, при которой территория оказалась под контролем одних, а права на нее – в руках других?

Для этого проведем экскурс в краткий период истории демонтажа СССР и образования Союза Независимых Государств (СНГ). Без сомнения, можно утверждать, что истоки схемы нынешнего статус-кво в Арцахе находятся в решениях и действиях указанного периода. Окончательный развал Союза начался после провала августовского путча 1991 года. Сразу после провала, уже 29 августа Верховный Совет Азербайджанской ССР провозгласил «Восстановление государственной независимости Азербайджанской Республики 1918-1920 гг.». Фактически, Азербайджан этим своим шагом закрепил положения Московского и Карского договоров 1921 года между Россией и Турцией, где по согласованию сторон были очерчены границы новосозданных государств. Нагорный Карабах (в то время НКАО) в ответ на это одностороннее решение Азербайджана, на совместной сессии депутатов всех уровней НКАО и Шаумяновского района 2 сентября провозглашает Нагорно-Карабахскую Республику (НКР) – как территорию, до окончательного решения ее статуса, остающуюся в составе СССР. Основанием для такого решения был Закон СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из состава СССР».

Официально СССР перестал существовать как государство 31 декабря 1991 года, когда был спущен флаг СССР со здания Верховного Совета в Кремле. Но до этого, 8 декабря 1991 года в Вискулях было подписано Соглашение о создании Содружества Независимых Государств между Российской Федерацией, Украиной и Республикой Беларусь. В пятом пункте этого Соглашения говорится: «Высокие Договаривающиеся Стороны признают и уважают территориальную целостность друг друга и неприкосновенность существующих границ в рамках содружества. Они гарантируют открытость границ, свободу передвижения граждан и передачи информации в рамках Содружества»[1]. 10 декабря решение о создании СНГ было ратифицировано Верховной радой Украины и Верховным советом Белоруссии, а 12 декабря – Верховным советом РФ. Договор 1922 года о создании СССР был объявлен расторгнутым. 13 декабря, после двухдневных переговоров в Ашхабаде, главы государств Казахстана, Киргизии, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана заявили о своем желании присоединиться к создаваемому Содружеству, аналогичные намерения выразили Азербайджан и Армения[2].

Здесь надо отметить, что к описываемому периоду Республика Армения (РА) подошла, имея в своем политико-правовом арсенале Совместное решение Верховного совета Арм. ССР и Национального совета НКАО о воссоединении от 1 декабря 1989 года[3]; Декларацию Верховного совета от 1990 года[4]; референдум о независимости Республики Армения от 21 сентября 1991 года; решение Верховного совета РА о провозглашении независимости. При этом между Декларацией о независимости и актом референдума 1991 года уже имелось резкое противоречие по территории независимой Республики Армения. То есть, актом референдума Республика Армения фактически отказалась от положений Декларации независимости (совместного решения Верховного совета Арм. ССР и Национального совета НКАО о воссоединении от 1 декабря 1989 года). РА также не признала итоги референдума о независимости Нагорно-Карабахской Республики, прошедшего 10 декабря 1991 года на территории НКР. Соответственно, все свои первые международные договора РА подписала в полном соответствии со своей противоречивой политико-правовой базой.

 По части СНГ уже 21 декабря 1991 года была подписана Алма-атинская декларация. В ней, в частности, говорилось: «…стремясь построить демократические правовые государства, отношения между которыми будут развиваться на основе взаимного признания и уважения государственного суверенитета и суверенного равенства, неотъемлемого права на самоопределение, принципов равноправия и невмешательства во внутренние дела, отказа от применения силы и угрозы силой, экономических и любых других методов давления, мирного урегулирования споров, уважения прав и свобод человека, включая права национальных меньшинств, добросовестного выполнения обязательств и других общепризнанных принципов и норм международного права; признавая и уважая территориальную целостность друг друга и нерушимость существующих границ; ... будучи приверженными целям и принципам Соглашения о создании Содружества Независимых Государств, заявляют о нижеследующем:…»[5]. Со стороны Армении этот документ подписал президент Левон Тер-Петросян. Со стороны Азербайджана – президент Аяз Муталибов[6].

Многие эксперты не обращают особого внимания на важнейший документ, прилагаемый к этому Соглашению. Это Протокол к Соглашению о создании СНГ, который в юридическом плане является неотъемлемой частью этого документа[7]. Протокол к соглашению в различные сроки подписали все[8]. В этом Протоколе есть положение о том, что «Соглашение о создании Содружества Независимых Государств вступает в силу для каждой из Высоких Договаривающихся Сторон с момента его ратификации». И далее по тексту: «На основе Соглашения о создании Содружества Независимых Государств и с учетом оговорок, сделанных при его ратификации, будут выработаны документы, регламентирующие сотрудничество в рамках Содружества». Таким образом, этот документ регламентирует официальное вступление в СНГ после его ратификации парламентами всех стран, в него входящих, и дает возможность при его ратификации иметь ряд оговорок, при соблюдении которых он вступает в СНГ. Таких оговорок со стороны Армении не было. Подписав этот документ без каких-либо оговорок и замечаний, Республика Армения, тем самым, признала территориальную целостность и существующие границы Азербайджана, а также, полностью игнорировала существование проблемы Нагорного Карабаха в рамках СНГ.

В архиве парламента Армении хранится документ о ратификации этого Соглашения за номером Ն-0495-1 за подписью тогдашнего председателя Национального Собрания Бабкена Араркцяна. В этом документе есть важный пункт 2, который обязывает комиссии Верховного Совета РА: по внешним сношениям, по утверждению независимой государственности и по вопросам Арцаха разработать и представить Верховному Совету на утверждение свои предложения по оговоркам к Соглашению о создании Содружества Независимых Государств[9]. Однако, вопреки логике пункта 2, пункт 3 этого документа говорит о том, что ратификация вступает в силу со дня опубликования. Неизвестно, были ли впоследствии представлены оговорки со стороны вышеназванных комиссий на утверждение Верховного Совета, и если были, выносились ли они на обсуждение? Ясно одно: документ о ратификации был представлен в Москву без оговорок. Кстати, этот документ, как и просьба парламента НКР о входе в СНГ в августе 1993 года в официальных источниках найти не удалось. Могла ли Армения представить свои суждения по поводу вступления Азербайджана в СНГ? Могла. Армения могла бы также потребовать, чтобы территория НКР рассматривалась в СНГ как территория с особым статусом, как там представлены Приднестровская Молдавская Республика (все время), Республика Абхазия (с 1992г.), Республика Южная Осетия (с 1992г.) и Чеченская республика (до 2000г). Однако Армения признала Азербайджан как независимое государство в границах Азербайджанской ССР. Устав СНГ Армения ратифицировала 9 ноября 1993 года[10].

Действия, которые предприняла Армения по части вхождения в СНГ, имели важнейшее значение для дальнейших международных решений касательно новых стран постсоветского пространства, определив вектор отношений к последним со стороны международного сообщества. После развала СССР и образования в результате этого процесса 15 независимых государств, уже в Европе встал вопрос о принципах признания этих государств. В соответствии с этим, Евросоюзом был выработан документ «Принципы признания новых государств в Восточной Европе и в Советском Союзе[11]. В этом совместном заявлении, одобренном 16 декабря 1991 года в Брюсселе, указано каким критериям должны соответствовать государства, чтобы их признали в Европе. В этой связи они определили ряд принципов официального признания новых государств в Восточной Европе и бывшего Советского Союза, среди которых были принципиально важные положения, а именно:

«- Сообщество и его государства-члены подтверждают свою приверженность принципам Хельсинкского заключительного акта и Парижской хартии, особенно принципу самоопределения;
- обязательство улаживать путем соглашений все вопросы, касающиеся правопреемственности государств и региональных споров, в том числе с помощью третейского суда;
- не признают данность, которая является результатом агрессии. Они будут учитывать последствия признания для соседних государств».

В реальности, европейскому сообществу не пришлось соблюдать эти принципы, поскольку новые страны постсоветского пространства уже дали им свою схему признания, реализованную в рамках СНГ. Если бы Армения сделала оговорку по части совместимости Азербайджана положениям соглашения об СНГ, Азербайджан, на правовой основе, мог бы иметь серьезные проблемы с международным признанием, поскольку именно в это время он вел этнические чистки по всей своей территории и вел войну с провозгласившей себя в соответствии с Конституцией СССР независимой НКР. Но такой проблемы не возникло. В феврале 1992 года Армения и Азербайджан вступили в СБСЕ и ООН. При вступлении Армении в СБСЕ и ООН с ее стороны никаких возражений по поводу вступления Азербайджана в эту структуру не последовало. То есть, в правовом плане Армения и здесь признавала территориальную целостность Азербайджана. Армения могла представить СБСЕ свои возражения по поводу вступления в него Азербайджана, поскольку это не соответствовало вышеуказанным пунктам. Он вел войну против армян в Карабахе, и к этому времени массовая депортация уже была осуществлена. Тем не менее, вступив в эти организации, Азербайджан, объективно, получил право на законное применение силы в защиту своего суверенитета и территориальной целостности. Правда, ему пришлось взять на себя обязательство о мирном решении споров во всех указанных выше организациях.

За правовыми актами последовали военные действия. Азербайджан нарушил взятые на себя обязательства по отказу от применения силы, однако, проиграл войну. К концу 1993 года территория Азербайджанской республики оказалась разделенной на два сектора военно-политического контроля: Азербайджан и Нагорно-Карабахская Республика. Произошла сегрегация населения по этническому признаку – армянское и азербайджанское население перешло под контроль войск своего государства. Подписанное соглашение о перемирии в 1994 году закрепило военно-политическое положение на территории бывшей Азербайджанской ССР, которое до сих пор квалифицируется как статус-кво. Территория НКР находится вне контроля Азербайджана, но международно признанные права на эту территорию остались у последнего. Это и является базой конфликтных отношений.

В настоящий момент снова актуализировалась тема принятых руководством Армении решений 1991 года. Формирование параметров статус-кво в нынешнем виде во многом зависело от решений тех дней. До сих пор, оценивая конфликтную ситуацию, международное сообщество указывает именно на то, что НКР не признан никем, в том числе, и Арменией. Кроме того, Азербайджан периодически оправдывает свои действия наличием у него права «на законное применение силы». Ясно, что все эти обстоятельства не были учтены Арменией в 1991 году. Приоритет придавался иным обстоятельствам, смысл которых в то время был не совсем ясен.

В своем исследовании «Нагорный Карабах. Проблема и конфликт» политолог Сурен Золян, который в 1990-1995гг. был депутатом Верховного Совета РА и являлся секретарем специальной комиссии по вопросам Арцаха, отмечает, что вступление этих стран в ООН и СБСЕ «породило определенный оптимизм и надежду, что международные организации смогут сыграть роль беспристрастного арбитра в Карабахском конфликте. Вероятно, эти ожидания подкреплялись и историческим прецедентом – в 1919 году Лига Наций воздержалась от признания всех трех закавказских республик до тех пор, пока они путем переговоров не урегулируют территориальные споры между собой, а в случае их неспособности самостоятельно достичь решения – признать решение созданной Лигой Наций арбитражной комиссии. В данном же случае, все стороны возлагали надежды на эффективное вмешательство СБСЕ и на решение вопроса в «соответствии с принципами международного права», однако представляли его по-разному, что проистекало из многоаспектности самого международного права»[12]. Проблемы построения отношений Армении с новопровозглашенной НКР складывались не так гладко. Там же Золян описывает. «Факт провозглашения НКР, референдум и выборы Верховного Совета НКР и принятая им 06.01.1991 г. Декларация о государственной независимости требовали от Армении прояснения своей позиции. Проведением в октябре референдума и выборов президента исключительно на территории Армянской ССР без Нагорного Карабаха, и аналогичных референдума и выборов Верховного Совета на территории бывшей НКАО и Шаумяновского районов, Армения и Карабах фактически аннулировали решение от 01.12.1989 г. о воссоединении. Однако формально оно оставалось в силе. В январе 1991 г. развернулись острые политические дискуссии относительно признания НКР и отмены решения о воссоединении, носившие, правда, закрытый характер. Если не считать занимавших крайнюю позицию маргинальных партий, настаивавших на законности и действительности прежнего решения, большинство склонялось к признанию НКР и заключению с ней политико-экономического союза, который должен был бы компенсировать отменяемое решение о воссоединении. В этих условиях президент и его окружение вынуждены были принять компромиссную формулу: Армения воздерживается от признания НКР до тех пор, пока она не будет признана другими странами, но при этом, как было заявлено министром иностранных дел, работа в этом направлении станет главной внешнеполитической задачей. Одновременно Президиум Верховного Совета рекомендовал воздержаться от обсуждения предложенного в повестку очередной сессии вопроса о характере отношений между Арменией и Нагорным Карабахом при условии, что в случае прояснения ситуации и принятия Армении в СБСЕ и ООН этот вопрос будет рассмотрен парламентом»… «Ранее, в 1989 г. Верховный Совет Армении принял требование армянской общины Нагорного Карабаха присоединить регион к Армении. Однако, на встрече с председателем парламента г-ном Араркцяном 18 февраля 1992 г. делегация была проинформирована о том, что решение 1989 г. о присоединении Нагорного Карабаха к Армении недолго имело силу и не получило дальнейшего законного применения. Г-н Араркцян также отметил, что Армения не имеет полномочий определять статус Нагорного Карабаха, и она намерена подчиняться международному праву».

То обстоятельство, что международная общественность с самого начала осознала наличие сложностей в связи с положением на территории бывшей Азербайджанской ССР, видно уже из того, что 24 марта 1992 года в Хельсинки состоялась дополнительная встреча Совета СБСЕ, где был предоставлен мандат на решение карабахского конфликта. В пункте 8 говорится, что «Министры выразили свою твердую убежденность в том, что Конференция по Нагорному Карабаху под эгидой СБСЕ обеспечит постоянно действующий форум для переговоров с целью мирного урегулирования кризиса на основе принципов, обязательств и положений СБСЕ. В этой связи министры просили действующего Председателя Совета министров СБСЕ созвать такую конференцию как можно скорее»[13]. В пункте 9 министры иностранных дел, кроме того, согласились, что участниками этой Конференции, которая состоится в Минске, будет Азербайджан, Армения, Беларусь, Германия, Италия, Российская Федерация, Соединенные Штаты Америки, Турция, Франция, Чешская и Словацкая Федеративная Республика и Швеция. Избранные и другие представители Нагорного Карабаха будут приглашены на Конференцию ее Председателем в качестве заинтересованных сторон после консультаций с участвующими в Конференции государствами. Действующий Председатель Совета СБСЕ назначит председателя Конференции по Нагорному Карабаху под эгидой СБСЕ.

Таковы факты. Суть предложения Минской группы СБСЕ (ОБСЕ) изначально сводилась к распределению прав на территории Нагорного Карабаха и нахождению согласия по предложенной формуле. На начальном этапе переговорного процесса речь шла о формате переговоров и о будущем статусе бывшей НКАО. Предлагалось определить этот статус в рамках Минской конференции. После подписания договора о перемирии в 1994 году, формула распределения прав изменилась: разным сегментам подконтрольной НКР территории придали отличающиеся статусы. Проблема будущего статуса сохранилась лишь за территорией бывшей НКАО, а остальные территории предлагалось отдать Азербайджану. Об этом свидетельствует и бывший глава российской разведки Вячеслав Трубников. «Армянская сторона всегда настаивала и сейчас уверяет, что освобождение семи районов – это составная часть комплексного решения карабахского конфликта… Правда, в начале 2000-ых стороны все-таки вплотную подошли к решению конфликта. В апреле 2000-го мы встретились в Ки-Уэсте (США). Президенты Алиев и Кочарян даже согласовали пункты мирного соглашения»[14].

 Лишь в 2007 году, в предложенных Мадридских принципах за народом бывшей НКАО признали право на ничем неограниченное самоопределение при условии выполнения вполне конкретных требований. Вплоть до 2016 года переговоры не привели к результату – более того, Азербайджан нарушил режим перемирия и в апреле 2016 года произвел военный удар по НКР. Фактически, принятая армянским руководством концепция урегулирования изначально сводилась к формуле «мир любой ценой». Никаких разговоров о достижении международного признания независимости НКР не было. Такие разговоры считались помехой для урегулирования. В этом подходе отсутствовало понимание самого важного обстоятельства – право на законное применение силы признавалось за Азербайджаном[15], однако ставка делалась на обязательство этой страны решать проблему мирным путем. На деле, уже в 1992 году Азербайджан решил, что может воспользоваться своим правом на применение военной силы[16]. В результате – первая карабахская война прошла без полного вмешательства мирового сообщества и привела к десяткам тысяч жертв с обеих сторон. По итогам этой войны и сформировался нынешний статус-кво. До настоящего времени этот постулат остается ключевым в позиции Азербайджана. Подтверждением этого является выступление главы МИД Мамедъярова с трибуны 70-й юбилейной сессии ГА ООН. Согласно ему, «Если в ходе переговоров по урегулированию армяно-азербайджанского нагорно-карабахского конфликта не будет достигнут результат, то есть полный и безоговорочный вывод вооруженных сил Армении с оккупированных земель Азербайджана, мы будем вынуждены воспользоваться своим неотъемлемым правом на самооборону, которое гарантируется статьей 51 Устава ООН в целях обеспечения восстановления суверенитета и территориальной целостности в рамках международно-признанных границ»[17]. Одновременно, примечательно, что даже после поражения Азербайджана проблема признания независимости НКР не вошла в обиход армянской политики.

Отношение к проблеме признания независимости НКР изменилось лишь в 2008 году, когда в одностороннем порядке были признаны независимость Косово и Абхазии с Осетией. На митинге 17 октября 2008 года в Ереване бывший президент Армении Л.Тер-Петросян призвал парламент Армении признать независимость НКР, чтобы не оставить проблему за рамками новых тенденций в мировых процессах[18]. Однако, власти страны заявили, что признают НКР, если Азербайджан начнет полномасштабную войну. Об этом президент Армении Серж Саргсян впервые заявил с трибуны саммита ОБСЕ в Астане в 2011 году. За несколько последних лет независимость НКР признали ряд штатов США, штат Новый Уэльс Австралии. В 2017 году, министр обороны Армении Виген Саргсян заявил, что методом решения проблемы НКР является его международное признание.

Обращение к теме признания НКР, несомненно, свидетельствует о том, что такой подход также начал рассматриваться политическим классом Армении как путь изменения статус-кво. Путь, ставящий под сомнение монопольное право Азербайджана на законное применение военной силы для решения конфликта. Практикуемая 23 года формула ОБСЕ по изменению статус-кво, если и не ставится под сомнение, то, вызывает все больше недоверия. Однако, общество Армении, на протяжении двух десятилетий привыкшее к подходу ОБСЕ, проявляет различное отношение к новым предложениям политического класса Армении. Формула «мир любой ценой» пока что является убедительной для определенного слоя общества, воспитанного на исторических традициях начала 20-х годов прошлого века, когда армянский народ подвергся большим деструкциям. «Синдром Геноцида», как результат исторического страха и утвердившихся в общественном сознании ложных выводов и убеждений, пока еще не преодолен. Даже наиболее интеллектуальные деятели призывают смириться с предлагаемыми армянскому народу формулами урегулирования и подчиниться требованиям международного сообщества. По сути, идея передачи проблемы урегулирования конфликта международному сообществу остается и сейчас актуальной.

В начале 1990-х годов, когда сознание политиков формировалось под воздействием логики мирового порядка образца «холодной войны», вполне убедительно звучал тезис о том, что в вопросе признания независимости НКР у армянского народа нет союзников. Столь же убедительно выглядел тезис о том, что сформированный исторически статус-кво в кавказском регионе не может подвергнуться изменению. Тезис «мир любой ценой» рассматривался как единственный путь к установлению нормальных отношений с тюркоязычными соседями Армении. Альтернативы такому подходу не признавалось. Сформированный в Нагорном Карабахе новый статус-кво рассматривался как угроза безопасности армянского народа.

В настоящее время говорится о недопустимости статус-кво и об опасности его сохранения – то есть, изыскивается путь его преодоления. Соответственно, мы имеем следующее: мировое сообщество утверждает, что военного решения данный конфликт не имеет, все меньше людей верят, что урегулирование может произойти на базе соглашения конфликтующих сторон. Пока еще серьезно не рассматривается третий подход – преодоление статус-кво посредством лишения Азербайджана права на применение законной силы против НКР. Этот подход на пути своей реализации помех не имеет – это путь международного признания НКР. После апрельской войны 2016 года об этом пути заговорили на международной арене. В Армении также дискутируется эта тема, но пока что, сдвигов в реальной политике нет.

 

Карапет Каленчян


[1] Соглашение о создании Содружества Независимых Государств http://cis.minsk.by/page.php?id=176

[2] История создания СНГ http://files.school-collection.edu.ru/dlrstore/0a374fee-0260-0a4a-1896-3202ca3d2b5f/1012629A.htm

[3] Հայկական ԽՍՀ Գերագույն Խորհուրդ եւ Լեռնային Ղարաբաղի Ազգային Խորհուրդ։ Որոշում։ http://www.arlis.am/DocumentView.aspx?docid=3153 В пункте первом сказано, что Верховный Совет Арм. ССР признает факт самоопределения, который был утвержден Областным советом НКАО 20 февраля 1988 года… В третьем пункте сказано, что оба Совета «провозглашают воссоединение Арм. ССР и Нагорного Карабаха» и на население Нагорного Карабаха распространяются права гражданства Арм.ССР.

[4] ՀՀ Անկախության հռչակագիր։ http://www.gov.am/am/independence/

[5] Алма-атинская Декларация http://cis.minsk.by/page.php?id=178

[6] Необходимо отметить, что Азербайджан провозгласил свою независимость в границах 1922 года на основе Карского, а потом и Московского договоров между Турцией и СССР. Впоследствии Грузия со своей стороны на основе международного права денонсировала эти договоры. Армения и Азербайджан до сих пор руководствуются этими договорами.

[7] Протокол к Соглашению о создании СНГ http://cis.minsk.by/reestr/ru/index.html#reestr/view/text?doc=6

[8] Содружество Независимых Государств СНГ https://ru.wikipedia.org/wiki/Содружество_Независимых_Государств

[9] Հանձնահարել Հայաստանի Հանրապետության Գերագույն Խորհրդի արտաքին հարաբերությունների հարցերի, անկախ պետականության հաստատման և ազգային քաղաքականության հարցերի մշտական և Արցախի հարցերի հատուկ հանձնաժողովներին՝ մշակել և Հայաստանի հանրապետության Գերագույն Խորհրդի հաստատմանը ներկայացնել Անկախ պետությունների ընկերակցության ստեղծման համաձայնագրի վերապահումների վերաբերյալ առաջարկություններ։ 

[10] О толковании по запросу о применении положений соглашений и других актов Содружества. http://hrlibrary.umn.edu/russian/cis/Rciscourt2.html

[11] Принципы признания новых государств в Восточной Европе и в Советском Союзе http://docs.cntd.ru/document/901888683

[12] Сурен Золян. Нагорный Карабах. Проблема и конфликт. http://armenianhouse.org/zolyan/nf-ru/karabakh/6.html

[13] Хельсинкская дополнительная встреча Совета СБСЕ 24 марта 1992 года. http://www.osce.org/ru/mc/29125?download=true

[14] Вячеслав Трубников. Интервью 18 марта 2017 года. http://webarchive.su/undeferred-alliable-badmintons/swallowtail

[15] Согласно статье 51 Устава ООН «Настоящий Устав ни в коей мере не затрагивает неотъемлемого права на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдет вооруженное нападение на Члена Организации, до тех пор, пока Совет Безопасности не примет мер, необходимых для поддержания международного мира и безопасности...» .

[16] Согласно статье 51 Устава ООН.

[17] Э. Мамедъяров. Азербайджан воспользуется правом на восстановление территориальной целостности в случае безрезультатности переговоров. http://www.trend.az/azerbaijan/karabakh/2438778.html

[18] Речь Левона Тер-Петросяна на митинге 17 октября 2008 года. “5. Նկատի ունենալով այն մտահոգիչ հանգամանքը, որ Կոսովոյի, Աբխազիայի եւ Հարավային Օսեթիայի անկախության ճանաչումից հետո Ղարաբաղի հարցը, որոշակի առումով, դուրս է մնում սառեցված հակամարտությունների լուծման ընդհանուր գործընթացից, թերեւս ժամանակն է մտածել այն մասին, որ Հայաստանի Հանրապետության Ազգային Ժողովը հանդես գա Լեռնային Ղարաբաղի անկախության ճանաչման նախաձեռնությամբ։ Սերժ Սարգսյանը պարտավորված չպետք է լինի արձագանքելու այդ նախաձեռնությանը, բայց մի կողմից ունենալով խորհրդարանի որոշումը, իսկ մյուս կողմից՝ առկախ թողնելով նրա վավերացումը, նա արտաքին ճնշումները դիմակայելու եւ խուսանավելու մեծ հնարավորություններ կստանա առաջիկա բանակցություններում ”։ http://levonpresident.am/?catID=20&contID=377

Ռազմավարական եւ ազգային հետազոտությունների հայկական կենտրոն

ՀՀ, Երևան 0033, Երզնկյան 75

Հեռ.՝

+374 10 528780 / 274818

Էլ. փոստ՝

info@acnis.am

Վեբկայք՝

www.acnis.am